— Если все наши враги таковы, чего их бояться! — воскликнул Сяхоу Дунь. — Пусть у них будет хоть десять засад!
Не слушая никаких предостережений Хань Хао, Сяхоу Дунь продолжал преследование до самого бованского склона. Внезапно раздался треск хлопушек — навстречу врагу со своим отрядом вышел из засады Лю Бэй и тут же обратился в бегство.
— Вот вам и засада! — хохотал Сяхоу Дунь, торопя своих воинов вперед. — К вечеру мы дойдем до самого Синье!
Лю Бэй и Чжао Юнь продолжали отступать. Уже начинало темнеть. Черные тучи заволокли небо. Луны не было видно. Поднявшийся днем ветер к ночи еще более усилился. Сяхоу Дунь преследовал врага, невзирая ни на что. Юй Цзинь и Ли Дянь со своими отрядами достигли теснины. По обеим сторонам дороги сплошной стеной стояли заросли сухого тростника.
— А что, если враг предпримет нападение огнем? — закралось сомнение в душу Ли Дяню, и он обратился к Юй Цзиню. — Дорога дальше на юг слишком узка, ее преграждает река и тесно обступают горы, поросшие густым лесом. Надо быть осторожней. Терпит поражение тот, кто с презрением смотрит на врага…
— Вы правы, — согласился Юй Цзинь. — Я догоню Сяхоу Дуня и скажу ему об этом. Остановите пока войско!
— Стойте! — закричал он своему отряду и поскакал вперед, громко окликая Сяхоу Дуня.
Заметив мчавшегося к нему Юй Цзиня, Сяхоу Дунь остановился.
— Дальше к югу дорога слишком узка, — торопливо заговорил Юй Цзинь. — Ее сжимают горы, поросшие лесом. Не мешало бы принять меры против огневого нападения!
Пыл Сяхоу Дуня немного охладел. Он повернул коня и приказал воинам остановиться. Не успел он еще принять решение, как где-то позади вспыхнул огонь, раздался оглушительный треск. Загорелся тростник по обеим сторонам дороги. Через мгновение уже пылало все вокруг. Яростный ветер раздувал пламя.