Это было весною пятнадцатого года Цзянь-ань [210 г.].
Величественно возвышалась над рекой Чжанхэ башня Бронзового воробья. Справа и слева от нее стояли еще две башни высотою в десять чжанов каждая. Одна из них называлась башней Яшмового дракона, другая — башней Золотого феникса. Все три башни соединялись между собой мостами. Повсюду сияло золото и лазурь.
Цао Цао, одетый в шелковый халат, в драгоценном, шитом золотом головном уборе, опоясанный яшмовым поясом и в украшенных жемчугом башмаках, восседал на возвышении. Чиновники толпились у подножья башни. Цао Цао желал полюбоваться искусством своих военачальников в стрельбе из лука. В ста шагах в стороне, на ветке тополя, повесили дорогой халат из красного сычуаньского шелка, а под ним поставили мишень. Военные чины разделились на две группы. Те, кто принадлежал к роду Цао, были в красных халатах, остальные — в зеленых. Все они восседали на конях и держали наизготовку резные луки и длинные стрелы.
Ждали приказа начинать состязания.
— Слушайте! — возгласил Цао Цао. — Халат достанется тому, кто попадет в красный центр мишени! А кто промахнется — в наказание выпьет кубок воды!
Вперед выехал молодой воин в красном халате. Имя его было Цао Сю. Он трижды прогарцевал перед Цао Цао, потом остановился у черты, наложил стрелу, выстрелил и попал в красный центр мишени. Сразу же загремели гонги и барабаны. Все присутствующие вскрикнули от восторга.
— А этот «быстроногий жеребенок» из моего рода! — с гордостью воскликнул Цао Цао.
Но не успел он еще распорядиться, чтобы Цао Сю отдали шелковый халат, как из группы воинов, одетых в зеленые халаты, выехал молодой всадник. Он громко крикнул, обращаясь к Цао Цао:
— Господин чэн-сян, присуждать первенство своим не следует!
Цао Цао узнал в говорившем Вэнь Пина.