Превосходной графине ди Буккианико[211]Графиня ди Буккианико. — Она принадлежала к семейству Караччоло; эта неаполитанская придворная дама сопровождала вместе с мужем в Феррару Элеонору Арагонскую, когда та выходила замуж за Эрколе д’Эсте.

Одна дама, покинутая своим любовником, переодевается мужчиною и отправляется, чтобы убить его; схваченная стражей, она требует от подесты, чтобы тот содействовал ее мщению. Подеста, желая проверить смелость дамы, идет с нею и, убедившись в ее мужестве, примиряет ее с любовником, оказывает ей множество любезностей и оставляет их вернувшимися к прежней любви.

Посвящение

Не имея с тобой общения на протяжении столь долгого времени ни в письмах, ни лично, великолепная и превосходная моя госпожа, я очень досадую на это обстоятельство и очень бы хотел исправить эту свою ошибку. Итак, я посылаю тебе нижеследующую редкостную новеллу, как той, кого я всегда считал редчайшей среди прочих женщин. Умоляю тебя, добродетельная моя графиня, принять ее с такой же сердечной нежностью, с какой я ее тебе посылаю; читая ее, ты узнаешь, что не только мужчины, но и женщины, хотя природа и обделила их во многом, могут быть воодушевляемы большим мужеством. Vale.

Повествование

Недавно моему светлейшему государю рассказали взаправду, что недавно жил в Неаполе молодой купец из хорошей и уважаемой семьи, хорошо воспитанный и обильно наделенный благами, которые нам дарит и которые у нас отнимает Фортуна. В течение долгого времени он с величайшим счастьем наслаждался любовью одной прекрасной и изящной молодой женщины, которая любила его одного и которую он также чрезвычайно сильно любил, так что оба они, связанные равным влечением, чувствовали себя безмерно удовлетворенными своей любовью. Но так как вещи, которыми владеешь без помехи и в изобилии, обыкновенно скоро приедаются, то и случилось, что юноша, потому ли, что ему захотелось другой дичи, или по какой другой причине, не обронив даже словечка любимой женщине, стал отдаляться от нее, прекратил свои посещения и даже перестал давать знать о себе. Удивленная этой новостью, дама несколько раз посылала за ним, чтобы он пришел к ней или объяснил ей причину своего неудовольствия, но не могла от него получить никакого, ни хорошего, ни дурного, ответа. Тогда, проверив себя и не найдя никакого проступка, который мог бы вызвать гнев возлюбленного, она решила, что причиной такой беды является, наверное, его новая любовь. И, желая в этом удостовериться, она приставила к нему нескольких шпионов, которые после недолгих поисков установили, что дама не ошиблась в своем предположении, так как он влюбился в другую девушку и на нее перенес всю свою любовь. Убедившись в этом, она стала проливать горькие слезы и предалась такому ужасному горю, что оно всю ее испепелило; содрогаясь от гнева и злобы, она почувствовала, что ее великая любовь перешла в злейшую ненависть, так что она охотно растерзала бы сердце вероломного любовника, если бы оно попалось ей в зубы. Настигнутая и побежденная этой страстью, она перебрала в уме все возможные способы умертвить его с помощью оружия или яда; и, не находя ни одного доступного ей способа, она проявила смелость, превышающую силы молодой женщины, и приняла решение самолично совершить это убийство. Она превосходно знала устройство дома юноши, знала, что он спит один в комнате, выходящей в садик, рядом с небольшой галереей, слегка приподнятой над главной улицей, и что ночью он постоянно оставляет открытой дверь на террасу, чтобы освежить комнату (ибо дело было летом); и она решила во что бы то ни стало отправиться туда одной, подвергая опасности свою честь и жизнь, только бы отомстить за себя и собственноручно умертвить жестокого и лживого любовника.

Ни минуты не колеблясь в принятом ею решении, она прихватила веревочную лестницу, которую любовник оставил в ее доме и которую она превосходно умела забрасывать и применять к делу, переоделась в мужское платье, запаслась ночными воровскими инструментами и, когда настало время, пустилась в путь с отравленным ножом в руках. Она осторожно пробиралась по кривым переулкам, как если бы упражнялась в этом искусстве с самого нежного возраста, и, переходя с одной улицы на другую, на свое несчастье или на счастье любовника, натолкнулась на ночной дозор. Она тотчас же сообразила, что это за люди, и, увидя, что они перерезали ей путь к бегству и что она слишком слаба для сопротивления им, мгновенно решила избрать наименее худший выход, какой был возможен; и, обратившись к тем, которые собирались ее схватить, она изменила, насколько умела, свой голос на мужской и спросила, где находится градоправитель.

Один из солдат ответил ей, что он находится поблизости. Тогда она с большой отвагой сказала:

— Идемте, у меня есть к нему дело чрезвычайной важности.

В этот самый момент приблизился градоправитель. Молодая женщина подошла к нему и сказала ему вполголоса, чтобы он удалил своих слуг; когда он охотно исполнил это, она взяла его за руку и начала говорить следующим образом: