— Будто звёзды звенят, — сказал Миша.
Небо было чистое, звёзды ярко горели. Пока Михайло Васильевич устанавливал телескоп, Миша, запрокинув голову, смотрел в далёкое небо.
— Вон, видите три звезды, — сказал он. — Они будто рог изогнутый. У нас их «Лось» зовут. У Лося рог разлапистый. А около него четверо — это «сторожа». Два поближе, два подальше. Они Лося сторожат.
— А у нас зовут их, все эти семь звёзд, Большой Медведицей, — сказал Михайло Васильевич. — Ну, теперь готово, смотри.
Миша прильнул глазом к стеклу и увидел чёрные провалы гор и залитые серебристым светом равнины, так удивительно не похожие на всё то, что он когда-либо видел. Он долго смотрел, потом вздохнул и поднял голову.
— А что ещё можно увидеть? — спросил он слегка охрипшим голосом.
— Всё остальное очень далеко, и в эту слабую трубу ты ничего любопытного не сможешь увидеть, — сказал Михайло Васильевич. — Хотя в эту самую трубу я увидел, что вокруг планеты Венеры слой воздуха не меньший, чем вокруг нашей Земли.
— Но ведь воздух нельзя видеть? — упрямо сказал Миша. — Он прозрачный.
— Нет, иногда можно видеть. Хотя до сих пор никто, кроме меня, этого не видел... Ты не хочешь спать?
— Очень хочу. А я это увижу?