О да! Поверьте мне, подумал сам тогда я,
Что это бредил зря в предсмертных муках он.
Он говорил: "Я жил не праздно, не зевая,
В трудах больших детей и хлеб свои добывая,
Ел только чёрствый хлеб, измучен, истощен,
Но и того не мог ни разу съесть в покое".
Марта
А всю мою любовь, денное и ночное
Страданье он забыл? Вся верность - нипочем?
Мефистофель