И бодрствовалъ одинъ въ полночный часъ.
Былъ столъ бумагой, книгами заваленъ,
А ты глядѣлъ такъ ласковъ и печаленъ.
О, еслибъ могъ теперь я на горахъ
Идти въ твоихъ серебряныхъ лучахъ,
Въ пещерахъ вмѣстѣ съ духами носиться
И, по лугу бродя въ твоемъ сляньи,
Освобожденъ отъ призрака познанья,
Въ твоей росѣ цѣлебной освѣжиться.
Я здѣсь еще! Ужель исхода нѣтъ