Художникъ. Тамъ, на горѣ?
Поселянка. Въ четырехъ шагахъ, отсюда лѣвѣе, у лѣса: вотъ они.
Художникъ. О Музы! о Граціи!
Поселянка. Передъ тобою хижина.
Художникъ. Развалины храма.
Поселянка. Здѣсь, изъ горы бьетъ чистый ключь, изъ котораго пью.
Художникъ. О геній! на твоемъ гробѣ горитъ еще пламенникъ! о геній безсмертный! твое изящное твореніе легла во прахъ съ тобою!
Поселянка. Тотчасъ вынесу кувшинъ, чтобы тебѣ напиться.
Художникъ. По мастерскому чертежу, по стройному зданію стелется плющъ! Какъ величаво стоишь ты надъ развалинами, къ облакамъ возносящаяся колонна! A ты, пустынная дщерь, увѣнчанная блѣднымъ мохомъ! съ какой высоты взираешь въ траурномъ, но величавомъ облаченіи на сосѣднихъ подругъ, у твоей подошвы сокрушенныхъ ? Тамъ, подъ сѣнію дикаго вяза, засыпали ихъ обломки, камни, земля; и высокая трава надъ ними качается! Природа! такъ ли бережешь ты изящныя произведенія твоего изящнѣйшаго творенія? Безжалостная! ты сокрушаешь великій памятникъ и равняешь его съ прахомъ!
Поселянка. Какъ малютка почиваетъ! Хочешь ли отдохнуть въ хижинѣ, странникъ? или проведешь вечеръ на открытомъ воздухѣ? Становится свѣжо. Подержи младенца, a я зачерпну тебѣ воды; почивай, голубчикъ, почивай.