Толстую кожу его; мнѣ чудно, кЮкъ живъ онъ остался.
"Далѣе вамъ признаюсь я, что я тайкомъ и открыто
Часто ходилъ къ Гиремундѣ. Конечно, дурно то было...
Еслибъ того не бывало! ПятнЮ никогда ужь не смыть ей!
Цѣлой жизнью своей такого стыда не загладишь.
"Все я вамъ исповѣдалъ, все, что только припомнить
Могъ, и чтС мою душу такъ тяжело угнетало.
Дайте въ грѣхахъ отпущенье! съ покорностью все я исполню,
Что на меня за грѣхи вы ни положите въ пеню."
Гримбартъ зналъ, какъ въ подобныхъ случаяхъ дѣйствовать нужно.