Дядей его я считаю. Онъ нотарьусъ искусный,
Знаетъ законы и право. О тѣхъ же тваряхъ презрѣнныхъ
Мнѣ въ насмѣшку и въ пику волкъ разсказывать началъ;
Съ ними связей не имѣю и имъ родней не бывалъ я;
Ибо на чорта скорѣе похожи они, чѣмъ на звѣря.
Что жь до того, что старуху предъ нимъ своей тёткой я назвалъ,
То это сдѣлано было мною съ намѣреньемъ добрымъ,
И отъ этого, право, языкъ мой не сдѣлался меньше:
Лишь бы меня угостила она, а тамъ хоть издохни!"
"Вотъ какъ было все дѣло! Съ дороги большой своротивши,