Также и травами часто хирурги его вытирали,
И отъ втиранья чихалъ до слезъ и судорогъ, бѣдный.
И, наконецъ, порѣшили тереть его ежедневно
И купать ежечасно, этимъ родню утѣшая.
Осторожно потомъ его въ постель положили,
И уснулъ тогда волкъ, но спалъ онъ только недолго,
Скоро проснулся въ бреду; стыдъ его мучилъ жестоко;
Боль увеличилась вдругъ; въ отчаяньи громко онъ вскрикнулъ.
Грусто за нимъ Гиремунда во время болѣзни ходила,
Помня о страшной потерѣ. Часто въ припадкахъ страданiй