Съ разнымъ дубьемъ и дрекольемъ. Даже дьячокъ и священникъ
Бить медвѣдя бѣжали. Даже попова кухарка
(Юттой звалася она, и кашу умѣла готовить,
Какъ никто не готовилъ) и та назади не осталась:
Съ прялкой туда же бѣжала драть шкуру съ несчастнаго звѣря.
Слышалъ онъ гвалтъ и весь шумъ, и страхомъ и болью томимый,
Съ силою вырвалъ изъ щели голову, всю ободравши
Морду свою до ушей и въ трещинѣ кожу оставивъ...
Нѣтъ! злополучнѣе звѣря никто не видалъ! И струилась
Кровь у него съ головы... А проку все было немного!