Блестятъ барельефы побѣды; испугъ въ ихъ чугунныхъ глазахъ.
Изъ бѣлаго мрамора тѣни персты приложили къ устамъ,
Хранятъ гробовое молчанье, недвижно стоятъ по стѣнамъ,
И слушаютъ съ жаднымъ вниманьемъ, какъ плачетъ могучій Титанъ.
А онъ... онъ вскликнулъ, рыдая: "Какъ демонъ, безжалостный вранъ,
Ты вьешься всю жизнь надо мною, невѣдомый! Это ты?" Въ отвѣтъ
Онъ слышитъ: "Твое преступленье". Вдругъ яркій, таинственный свѣтъ
Гробницу, какъ день, озаряетъ, онъ вспыхнулъ, сверкаетъ, блеститъ,--
Тотъ свѣтъ, что Господь посылаетъ, когда злодѣянья казнитъ.
Какъ царь Бальтасаръ ассирійскій, онъ видитъ, надъ нимъ, въ вышинѣ