"Народъ! Мы разоблачимъ измѣнника. Твое дѣло его наказать." Комитетъ сопротивленія. Жюль Фавръ. Де-Флоттъ. Карно. Мадье де Монжо. Матьё (изъ Дромы). Мишель де-Буржъ. Викторъ Гюго.".
Боденъ геройски палъ. Нужно было извѣстить народъ объ его смерти и почтить его память. Слѣдующій декретъ былъ вотированъ по предложенію М. де-Буржа:
"Представители народа, оставшіеся на свободѣ, принимая во внаманіе, что представитель Боденъ палъ на Сент-Антуанской баррикадѣ, защищая республику и законы, что онъ заслужилъ благодарность отечества, декретируютъ:
"Представителю Бодену присуждаются почести Пантеона.
"Дано въ засѣданіи 3-го декабря 1851 года."
Вслѣдъ за возданіемъ почести умершимъ и необходимыми распоряженіями, касавшимися борьбы, по моему мнѣнію, слѣдовало, безотлагательно и диктаторски осуществить какое нибудь капитальное народное улучшеніе. Я предложилъ уничтоженіе акцизныхъ пошлинъ съ напитковъ и налога на съѣстные припасы. Послышалось возраженіе: "Нечего нѣжничать съ народомъ. Послѣ побѣды увидимъ. А пока пускай онъ дерется. Если онъ не возстаетъ, и не понимаетъ, что мы, представители, въ настоящую минуту рискуемъ за него, за его права, своими головами, если онъ оставляетъ насъ однихъ, значитъ онъ не достоинъ свободы". Бансель замѣтилъ, что уничтоженіе пошлинъ не есть нѣжничанье съ народомъ, что это -- помощь нуждающимся, великая экономическая мѣра, заглаживающая несправедливость; удовлетвореніе насущной потребности, въ которомъ правая постоянно отказывала, но которымъ лѣвая, получивъ въ свои руки власть, должна поспѣшить сколь возможно. Декретъ, заключавшій въ себѣ обѣ мѣры, былъ вотированъ, подъ условіемъ обнародованія его послѣ побѣды.
"Представители, оставшіеся на свободѣ, декретируютъ:
"Пошлины на съѣстные припасы и напитки отмѣняются на всей территоріи французской республики."
Версиньи, съ копіями декретовъ и прокламацій, отправился отыскивать Гетцеля. Положили сойтись въ 8 часовъ вечера, у рывшаго члена временнаго правительства Мари, въ улицѣ Neuvedes petits Champs. Въ то время, какъ члены комитета и представители расходились, мнѣ пришли сказать, что меня кто-то спрашиваетъ. Я вошелъ въ маленькую комнатку, сосѣднюю съ заломъ. и увидѣлъ тамъ человѣка въ блузѣ, съ симпатичнымъ и умнымъ лицомъ. Въ рукахъ у него былъ свертокъ.
-- Гражданинъ Викторъ Гюго, сказалъ онъ. У васъ нѣтъ типографіи. Вотъ средства обойтись безъ нея.