-- Сейчасъ насъ было всего шестьдесятъ человѣкъ, а теперь мы составляемъ сотню.
Всѣ тѣснились вокругъ новоприбывшаго. Жанти-Сарръ предложилъ ему командованіе.
-- Нѣтъ, сказалъ тотъ:-- для баррикады существуетъ особая тактика, которой я не знаю. Я былъ бы плохимъ начальникомъ, но я -- хорошій солдатъ. Дайте мнѣ ружье.
Усѣлись на камняхъ мостовой. Обмѣнивались разсказами о происшествіяхъ дня. Денисъ разсказалъ о сраженіяхъ, о битвахъ въ Сенмартенскомъ Предмѣстьѣ, а Жанти-Сарръ разсказалъ ему о схваткахъ въ улицѣ Сен-Дени.
Между тѣмъ, генералы приготовляли послѣднюю атаку.
Во всемъ Парижѣ оставался только этотъ пунктъ сопротивленія. Этотъ узелъ баррикадъ, эта сѣть улицъ, покрытая зубцами подобно редуту -- была послѣднею цитаделью народа и права. Генералы осаждали ее медленно, шагъ-за-шагомъ и со всѣхъ сторонъ. Они сосредоточили свои силы. А бойцы роковой минуты не знали ничего о происходившемъ. Только отъ времени до времени они прерывали свои разсказы и прислушивались. Справа, слѣва, спереди, сзади, со всѣхъ сторонъ разомъ до нихъ доходилъ сквозь ночную тишину шумъ, ясный, слышавшійся все громче и отчетливѣй каждую минуту, хриплый, громкій, грозный. Это шли батальйоны, по сигналу горнистовъ разсыпавшіеся по всѣмъ сосѣднимъ улицамъ. Они снова заводили свои мужественные разговоры, затѣмъ, черезъ минуту, останавливались опять и прислушивались къ этому зловѣщему шуму приближавшейся смерти.
Однако же, нѣкоторые все еще думали, что на нихъ будетъ сдѣлано нападеніе только утромъ. Ночныя сраженія въ уличной войнѣ рѣдки. Они больше, чѣмъ всякія другія битвы, подвержены "риску". Немногіе генералы отваживаются на нихъ. Но ветераны баррикадъ, по нѣкоторымъ, никогда не обманывающимъ признакамъ, ожидали немедленнаго нападенія.
Дѣйствительно, въ половинѣ одиннадцатаго (а не въ восемь часовъ, какъ говоритъ генералъ Маньянъ въ гнусномъ документѣ, который онъ называетъ своимъ рапортомъ), со стороны рынка послышалось какое-то странное движеніе. Это заколыхалось войско. Полковникъ де-Лурмель рѣшился сдѣлать нападеніе. 51-й линейный батальйонъ, поставленный на оконечности площади 8-te Eustache шолъ въ улицу Монторгёйль. 2-й батальйонъ составлялъ авангардъ. Гренадеры и стрѣлки, пущенные бѣглымъ шагомъ, быстро овладѣли тремя небольшими баррикадами, находившимися, такъ сказать, за ширмами улицы Моконсейль и слабо защищенными баррикадами сосѣднихъ улицъ. Въ этотъ-то моментъ была прорвана та, возлѣ которой находился я.
Съ баррикады Пти-Карро слышно было приближеніе ночной битвы, сопровождавшееся безпрерывнымъ, страннымъ и грознымъ шумомъ. Сперва громкіе крики, потомъ -- батальный огонъ, затѣмъ -- молчаніе; далѣе опять возобновлялось то же. При блескѣ молніи ружейной пальбы, фасады домовъ внезапно выступили изъ мрака и имѣли какой-то испуганный видъ.
Критическая минута приближалась.