Умирая, онъ могъ сказать себѣ: я достигъ успѣха.
Изъ двухъ возможныхъ тріумфовъ, о которыхъ онъ мечталъ, этотъ мрачный тріумфъ не менѣе прекрасенъ.
Елисейскій крамольникъ думалъ, что онъ убилъ представителя народа, и похвалился этимъ. Единственный журналъ, издававшійся государственнымъ переворотомъ подъ разнообразными заглавіями -- Patrie, Univers, Moniteur parisien и проч., возвѣстилъ на другой день, въ пятницу 5 декабря, что "экс-представитель Дюссубъ (Гастонъ)" убитъ на баррикадѣ въ улицѣ Neuve Saint Eustache и что "въ рукахъ у него было красное знамя".
IV.
Событія ночи. Пассажъ Сомонъ.
Когда съ баррикады Пти-Карро, увидали, что Денисъ Дюссубъ палъ, такъ славно для своихъ, такъ постыдно для убійцъ, это произвело ошеломляющее дѣйствіе. Всѣ на минуту какъ бы оцѣпенѣли. Возможно ли это? Вѣрить ли глазамъ? Неужели такое преступленіе совершено французскими солдатами? Ужасъ овладѣлъ всѣми!
Но это продолжалось не долго. Да здравствуетъ республика! въ одинъ голосъ вскричала вся баррикада, и отвѣтила убійцамъ сильнымъ огнемъ.
Бой начался, неистовый бой со стороны переворота, отчаянная борьба со стороны республики. На сторонѣ солдатъ были: холодная, страшная рѣшимость, безусловное повиновеніе, численность, хорошее оружіе, начальники съ неограниченной властью, сумки, наполненныя патронами. На сторонѣ народа -- недостатокъ боевыхъ запасовъ, безпорядокъ, усталость, изнеможеніе, отсутствіе дисциплины и одинъ вождь -- негодованіе.
Повидимому, въ то время, какъ Денисъ Дюссубъ говорилъ, пятнадцать гренадеровъ, подъ начальствомъ сержанта Питруа, пробрались, пользуясь темнотой, вдоль домовъ, и никѣмъ не замѣченные, заняли позицію довольно близко къ баррикадѣ. Эти пятнадцать человѣкъ внезапно сгруппировались и, держа ружья на перевѣсъ, въ двадцати шагахъ отъ баррикады готовились взобраться на нее. Ихъ встрѣтили ружейнымъ залпомъ! Начальникъ батальйона Жанненъ крикнулъ: покончимъ разомъ! Тогда батальйонъ, занимавшій баррикаду Моконсель, появился весь на ея неровномъ гребнѣ, выровнялся, съ поднятыми кверху штыками, и внезапно, но правильно, не ломая своихъ линій, ринулся на улицу. Всѣ четыре роты, сомкнувшіяся и какъ бы смѣшавшіяся, такъ что ихъ едва можно было различить, казались -одной бурной волной, шумно извергающеюся съ плотины.
Съ баррикады Пти-Карро наблюдали за этимъ движеніемъ и пріостановили огонь. "Цѣлься! крикнулъ Жанти-Сарръ: -- но не стрѣлять... ожидать команды".