-- Это будетъ не хуже того, что тебя ожидаетъ.
Плѣнникъ понялъ. Онъ пожалъ руку сержанта и, воспользовавшись упомянутымъ интерваломъ, въ одинъ скачокъ очутился подъ деревьями и исчезъ въ темнотѣ.
-- Одинъ бѣжалъ! вскричалъ офицеръ, командовавшій послѣднимъ взводомъ:-- держи! стрѣляй!
Колона остановилась. Арьергардъ сдѣлалъ залпъ, на-удачу, по направленію куда скрылся бѣглецъ, и, какъ это предвидѣлъ сержантъ, промахнулся. Черезъ нѣсколько минутъ, бѣглецъ достигъ улицъ, примыкающихъ къ табачной мануфактурѣ, и былъ въ безопасности. Его не преслѣдовали. Нужно было покончить спѣшное дѣло.
И притомъ, въ рядахъ арестантовъ могъ произойти безпорядокъ. Погнавшись за однимъ, можно было выпустить изъ рукъ 336 остальныхъ.
Колонна продолжала идти. Достигнувъ Іеискаго Моста, повернули налѣво и пришли на Марсово Поле. Здѣсь ихъ всѣхъ разстрѣляли.
Эти 336 труповъ были изъ числа тѣхъ, которыхъ отвезли на монмартрское кладбище и похоронили, оставивъ головы незарытыми. Такимъ образомъ, семейства убитыхъ могли ихъ признать. Палачи узнали, кто были ихъ жертвы уже послѣ того, какъ убили ихъ!
Скажемъ теперь же, что эти казни, начиная съ 3-го декабря, повторялись почти каждую ночь. Иногда онѣ происходили на Марсовомъ Полѣ, иногда въ префектурѣ полиціи, иногда въ обоихъ мѣстахъ заразъ.
Когда тюрьмы были переполнены, г. Мопа говорилъ: разстрѣливайте! Разстрѣливанія префектуры производились то на дворѣ, то въ улицѣ Жерюзалемъ. Несчастныхъ, обреченныхъ на казнь, ставили къ стѣнѣ, на которой приклеивались театральныя афиши. Это мѣсто избрали потому, что оно примыкаетъ къ стоку, и кровь стекала туда сейчасъ же, оставляла гораздо меньше слѣдовъ. Нѣкто {Маркизъ Сарразенъ де-Монферрье, родственникъ моего старшаго брата. Я могу его назвать въ настоящее время.} разсказывалъ мнѣ: "на другое утро я проходилъ тамъ; мнѣ показали мѣсто; я носкомъ сапога расшевелилъ грязь между камнями мостовой и увидѣлъ кровь".
Въ этихъ словахъ -- вся исторія переворота, вся исторія Луи Бонапарта. Разшевелите грязь -- подъ нею окажется кровь.