Противъ своего обыкновенія, Жоверъ не объяснилъ причины своего прихода. Жанъ Вальжанъ былъ для него чѣмъ-то въ родѣ таинственнаго и неуловимаго противника, мрачнаго бойца, котораго онъ пять лѣтъ старался напрасно побѣдить. Арестованіе было для него не началомъ, а концомъ этой борьбы, и онъ сказалъ только: "ну, живо!"
Сказавши это, Жоверъ не тронулся съ мѣста, онъ только кинулъ на Вальжана строгій, повелительный взглядъ.
При словахъ Жовера, Фантина открыла глаза; господинъ мэръ стоялъ подлѣ нея, значитъ ей бояться нечего.
Жоверъ вышелъ на середину комнаты и закричалъ:
-- Идешь ли ты?
Несчастная оглядѣлась кругомъ. Кромѣ монахини и мэра, въ комнатѣ никого не было; къ кому же могло относиться это странное "ты?" Очевидно, что къ ней, и она задрожала.
Но тутъ она увидѣла такую странную сцену, какая не представлялась ей даже въ самомъ сильномъ бреду.
Жоверъ взялъ мэра за шиворотъ.
-- Господинъ мэръ, вскрикнула Фантнна.
Жоверъ разразился смѣхомъ.