-- Выслушайте меня, инспектор Жавер, -- возразил господин Мадлен спокойным примирительным тоном, -- говорю вам, выслушайте меня. Вы человек честный, и я считаю возможным объяснить вам происшедшее. Я расскажу вам все по порядку. Я проходил по площади, когда вы арестовали эту женщину. Толпа еще не разошлась, я порасспросил и узнал, как все было. Зачинщиком был буржуа, и, по полицейским правилам, арестовать следовало бы его.
-- Но эта негодяйка сейчас тут, на этом месте, оскорбила господина мэра, -- сказал Жавер.
-- Это мое личное дело, -- ответил Мадлен. -- Я полагаю, что оскорбленный -- я, я и вправе решить это дело как мне заблагорассудится.
-- Прошу господина мэра извинить меня. Но вопрос об его оскорблении принадлежит ведению правосудия.
-- Инспектор Жавер, -- возразил мэр, -- высший суд -- суд совести. Я слышал оправдания этой женщины и знаю, что делаю.
-- А я, господин мэр, не знаю и не понимаю, что тут происходит.
-- В таком случае исполняйте, что вам приказывают.
-- Я подчиняюсь моему долгу. Долг повелевает мне приговорить эту женщину к шести месяцам тюрьмы.
Господин Мадлен отвечал кротко:
-- Послушайте, что я вам говорю. Она не будет сидеть ни одного дня.