Фошлеван схватил в сморщенные дрожащие руки обе сильные руки Жана Вальжана и несколько мгновений не в силах был выговорить ни слова. Наконец воскликнул:
-- О, это была бы благодать Божия, если бы я хоть немножко мог отплатить за это! Спасти вам жизнь, господин мэр! Располагайте мной, стариком.
Радость преобразила старика. Лицо его словно озарилось лучом счастья.
-- Что надо делать? -- спросил он.
-- Я сейчас объясню. Есть у тебя каморка?
-- У меня уединенная лачужка, вон там, позади развалин старого монастыря, в отдаленном закоулке, которого никто не видит. Там три комнаты...
Барак был действительно так хорошо спрятан за развалинами и так удобно расположен, что Жан Вальжан даже не заметил его.
-- Ладно, -- сказал Жан Вальжан. -- Перво-наперво я прошу у тебя две вещи.
-- В чем дело, господин мэр?
-- Во-первых, ты никому не скажешь того, что знаешь обо мне. Во-вторых, ты не будешь стараться узнать ничего более.