-- Это крестьяне, а не буржуа, -- говорил он про них, -- вот почему они умны.
Как человек непостоянный, Багорель посещал разные кафе. У других были привычки, у него -- нет. Он любил фланировать. Бродить свойственно человеку, фланировать -- парижанину. В сущности, Багорель обладал проницательным умом и был гораздо глубокомысленнее, чем казался с вида.
Он служил как бы связью между "Друзьями Абецеды" и другими, еще бесформенными, кружками, которые должны были возникнуть позднее.
В этом собрании молодых голов была одна лысая.
Маркиз д'Аварэ, которого Людовик XVIII сделал герцогом за то, что тот помог ему сесть в наемный кабриолет в тот день, как он эмигрировал, рассказывал, что в 1814 году, когда Людовик вернулся во Францию и выходил на берег в Кале, какой-то человек подал ему прошение. "Чего вы просите?" -- спросил король. "Почтовое бюро, ваше величество". -- "Как ваша фамилия?" -- "Легль".
Король нахмурил брови, взглянул на подпись в прошении и прочитал фамилию, написанную не l'Aigle {Орел (фр.). }, a Lesgle. Эта совсем не бонапартистская орфография тронула короля, и он начал улыбаться.
"Ваше величество, -- сказал человек, подавший прошение. -- Мой предок был псарь, по прозванию Легель. От этого прозвища произошла моя фамилия. По-настоящему меня зовут Легель, в сокращении Lesgle, в искажении L'Aigle".
Король продолжал улыбаться.
Впоследствии он дал Леглю почтовое бюро в Mo, вспомнив о встрече или случайно, -- не известно.
Лысый член общества "Друзей Абецеды" был сын этого Легля и подписывался "Легль из Mo". Товарищи называли его для краткости "Боссюэтом".