-- Господин Доримон.
-- Рантье?
-- Конечно. Его дочь Целестина.
-- ...тина. Дальше?
-- Полковник Севваль.
-- Ну, это слишком избито. Я лучше напишу Вальсен.
Рядом с водевилистами сидела еще пара, которая тоже, пользуясь шумом, говорила тихо. Здесь обсуждалась дуэль. Тридцатилетний старик поучал семнадцатилетнего юношу и описывал, с каким противником ему придется иметь дело.
-- Черт возьми! Вы должны остерегаться. Он великолепно дерется на шпагах. У него чистая игра. Он ловко нападает, не пропустит ни одного финта, обладает твердостью руки, пылом, задором, верным выпадом и математической защитой, черт побери! И к тому же он левша.
В противоположном углу от того, в котором сидел Грантэр, Жоли и Багорель играли в домино и толковали о любви.
-- Какой ты счастливчик! -- говорил Жоли. -- Твоя возлюбленная всегда смеется.