-- До тех пор буду жить тем, что дадут за платье и часы.
Позвали торговца платьем. Он купил пожитки Мариуса за двадцать франков. Часовщик дал сорок пять франков за часы.
-- Ну что же, это недурно, -- сказал Мариус, вернувшись в отель с Курфейраком. -- У меня теперь целых восемьдесят франков с моими пятнадцатью.
-- А здешний счет? -- напомнил Курфейрак.
-- Ах, я и забыл про него, -- сказал Мариус.
Хозяин прислал счет, по которому требовалась немедленная уплата. Оказалось, что нужно заплатить семьдесят франков.
-- Итак, у меня останется всего десять франков, -- сказал Мариус
-- Черт возьми! -- воскликнул Курфейрак. -- Значит, вам придется жить на пять франков, пока вы будете учиться английскому языку, и на пять франков, пока будете учиться немецкому. Чтобы добиться этого, нужно или необычайно быстро изучить язык, или необыкновенно медленно тратить монету в сто су.
Между тем тетушка Жильнорман, женщина в сущности добрая, особенно в тяжелое время, разузнала наконец, где живет Мариус. Раз утром, вернувшись из школы правоведения, он нашел у себя письмо тетки и запечатанную шкатулку, в которой лежали шестьдесят пистолей, то есть шестьсот франков золотом.
Мариус отослал деньги обратно с приложением почтительного письма к тетке, в котором объявлял, что у него есть средства к жизни, вполне достаточные для удовлетворения всех его потребностей. В это время у него оставалось только три франка. Тетка не сказала деду об отказе Мариуса, чтобы еще больше не раздражить его. К тому же ведь он запретил ей упоминать имя "этого кровопийцы". А Мариус, не желая входить в долги, распростился с отелем де-ла-Порт-Сен-Жак.