Читатель, вероятно, помнит, что оба эти человека имели тайные политические сношения с Людовиком XI.
Наконец, в самой глубине комнаты, у двери, стоял в темноте, неподвижный, как статуя, крепкий, коренастый человек в военных доспехах и кафтане с гербом. Его четырехугольное лицо с огромным ртом и глазами навыкате, с ушами, спрятанными под гладко причесанные волосы, и с низким лбом напоминало в одно и то же время и тигра и собаку.
Все были без головных уборов, кроме короля. Вельможа, стоявший подле короля, читал ему нечто вроде длинной докладной записки, которую его величество, по-видимому, внимательно слушал.
-- Ей-богу, я устал стоять! -- проворчал Коппеноль. -- Неужели здесь нет стула?
Рим отвечал отрицательным жестом, сопровожденным сдержанной улыбкой.
-- Право, мне так и хочется усесться на пол, поджав под себя ноги, как чулочник во время работы, как я сижу в своей лавке, -- не унимался Коппеноль, раздосадованный тем, что приходится так понижать голос.
-- Не вздумайте этого сделать, метр Жак!
-- Ох, метр Гильом! Неужели здесь можно присутствовать не иначе, как стоя на собственных ногах?
-- Или на коленях, -- сказал Рим.
В эту минуту голос короля зазвучал громче. Они замолчали.