-- Так расширь его, -- отвечал сердито Тристан. -- Разве нет у вас заступов?
Из глубины кельи несчастная мать все время внимательно наблюдала за ними. Она потеряла уже последнюю надежду и сама не знала, чего добивается. Она только не хотела отдавать свою дочь.
Анриэ Кузен отправился под навес дома с колоннами, где в ящике хранились разные инструменты. Оттуда он вытащил двойную лестницу и сейчас же приставил ее к виселице. Пять-шесть солдат вооружились кирками и рычагами, и Тристан во главе их снова направился к келье.
-- Слушай, старуха! -- заговорил он суровым тоном. -- Отдай нам эту девушку добром.
Она взглянула на него бессмысленным взором.
-- Черт возьми! -- воскликнул Тристан. -- Какое тебе дело, что эта колдунья будет повешена по приказу короля?
Несчастная захохотала своим безумным смехом.
-- Какое мне дело?! Да ведь это моя дочь!
Голос, каким она произнесла эти слова, заставил вздрогнуть самого Анриэ Кузена.
-- Мне очень жаль тебя, -- продолжал Тристан, -- но такова воля короля.