Великодушными и храбрыми, как лев,
И усыпальницами светлых королев
Мы заклинаем вас! Инфанте мы Хуане,
Румяной ягодке, прелестному созданью,
Вручим свои сердца, печали и мольбы.
Монарх! Монархиня! Вершители судьбы!
Спасите!
Минута молчания. Фердинанд и Изабелла совершенно неподвижны. Ни король, ни королева по-прежнему не смотрят на евреев. Герцог де Алава, который стоит возле стола, обнажив шпагу, касается ею плашмя плеча великого раввина. Великий раввин подымается; он и все евреи выходят с опущенными головами, пятясь. Стража образует заслон и вытесняет их за сцену. Дверь остается открытой. Евреи вышли. Король делает знак герцогу де Алава. Тот подходит.