Последние отблески дня угасали на западе. На море пала ночь. Только на вершине Дувра было еще не совсем темно.
Жилльят воспользовался этими остатками света, чтобы наклентовать узловатую веревку. Он обернул то место, которым она прикасалась к скале, бандажом из нескольких рядов полотна, крепко связанных по каждому ряду.
Окончив клетень, Жилльят привстал.
Уже в течение нескольких минут, укрепляя тряпки на веревке, он заметил в воздухе странное трепетание.
В тишине вечера это походило на шум крыльев какой-нибудь громадной летучей мыши.
Жилльят поднял глаза.
Над головой его, в глубоком бледном небе, вращался большой черный круг. Ничего не могло быть страннее. Точно ореол ночи над Большим Дувром.
Круг этот приближался к Жилльяту и снова отдалялся, суживался и расширялся.
То были чайки-рыболовы, ласточки, бакланы, целая стая морских птиц, носившихся в удивлении над знакомым местом.
Большой Дувр был их гостиницей, и они прилетали ночевать на нем. Жилльят теперь занял их комнату. Неожиданный жилец встревожил их.