Во время полнолуния на море распространяется иногда странное спокойствие. Громадное, вечное движение приостанавливается, стихает. Море будто устало и жаждет отдохнуть. Все морские тряпки, от рыбачьего паруса до военных вымпелов, висят вдоль мачт. Адмиральские, королевские и императорские флаги спят.
Вдруг все эти лоскутья начинают потихоньку шевелиться.
Посмотрите на небо: нет ли предвестников бури, не красна ли вечерняя заря, не виднеются ли круги около луны.
В такие минуты капитан или глава эскадры рассматривает в микроскоп штурмовое стеклышко и принимает меры против южного ветра, если стеклышко похоже на растопленный сахар, и против северного ветра, если стеклышко разветвляется кристаллизациями, вроде кустарника.
Между тем небо и море ясны по-прежнему. Утро занимается все в лучах, и заря улыбается.
Так проходят иногда несколько часов, несколько дней. Кормчие вертят подзорными трубами во все стороны. Лица старых моряков суровы и встревожены -- признак скрытой досады ожидания.
Вдруг раздается странный, смутный шум. Точно какой-нибудь таинственный говор в воздухе.
Ничего не видно.
Пространство по-прежнему невозмутимо, но между тем шум растет, поднимается, и говор становится резче и грознее
За горизонтом есть что-то страшное, это буря.