Он принялся разглядывать пояс.
Кожа, когда-то лакированная снаружи, внутри была неотделанная. На этом темном фоне виднелось несколько букв, выведенных черными, жирными чернилами. Жилльят прочел: Сьер Клубен.
XXXIV
Жилльят вложил ящик в пояс, а пояс опустил к себе в карман.
Остов он предоставил крабам, с мертвой пьеврой под боком.
Пока Жилльят возился с пьеврой и со скелетом, прилив затопил входное отверстие. Жилльят, чтобы выйти, должен был нырнуть под арку. Он сделал это без труда, потому что знал местность и отличался в морской гимнастике.
Нетрудно угадать драму, произошедшую там десять недель тому назад. Одно чудовище поглотило другое. Пьевра схватила Клубена и утопила; крабы съели его. Волна втолкнула его в подвал, где его и нашел Жилльят.
Жилльят подбирал по дороге ежей и раковин<ы>, он старался поужинать поплотнее перед отъездом. Ничто больше не удерживало его. Жилльят решился уехать на другой день. Надобно было сохранить на ночь перегородку между скалами, в ограждение от прилива; но утром Жилльят рассчитывал разобрать эту изгородь, вывести "Пузана" из Дувров и пуститься на парусах к С<ен->Сампсону. С юго-востока дул именно такой ветер, какой был ему необходим.
Была первая четверть майской луны, дни стояли длинные.
Когда Жилльят, удовлетворив требованиям желудка, возвратился в Дуврский пролив, где был "Пузан", солнце село, сумерки освещало слабое мерцание молодого месяца; прилив был в полной силе. Машина на "Пузане" была покрыта слоем соли, нанесенной морскою пеной и белевшей при лунном свете.