Гедда. А мы вдвоем на угловой диван…
Левборг. И перед нами все один и тот же иллюстрированный журнал…
Гедда. За неимением альбома, да.
Левборг. Да, Гедда!.. И я открывал вам свою душу!.. Рассказывал про себя то, чего не знал тогда никто другой. Признавался в своем разгуле, в ночных и дневных кутежах. Ах, Гедда, какой силой владели вы, что могли вызывать меня на такую откровенность?
Гедда. Вы думаете, во мне была особая сила?
Левборг. Да чем же иначе объяснить себе это? И все эти подходы… вопросы обиняком, которые вы задавали мне…
Гедда. И которые вы так отлично понимали…
Левборг. Как вы могли так выспрашивать меня? Так смело, не стесняясь?
Гедда. Извините — обиняком.
Левборг. И все-таки смело. Выспрашивать меня о таких вещах!