Фрёкен Тесман. Надо радоваться в самой печали. Радоваться тому, что совершилось, как я радуюсь.
Тесман. Ах, да, да! Ты думаешь о тете Рине…
Гедда. Пусто вам теперь будет одной в доме, фрёкен Тесман.
Фрёкен Тесман. На первых порах. Надеюсь, не надолго, однако. Комнатка покойной Рины не все же будет пустовать.
Тесман. Как так? Кого же ты хочешь поместить в ней? А?
Фрёкен Тесман. Ах, всегда ведь найдется какая-нибудь бедная больная, которой нужны уход и заботы.
Гедда. И вы в самом деле опять хотите взять на себя такой крест?
Фрёкен Тесман. Крест? Бог с вами, дитя мое! Какой же это для меня крест?
Гедда. Но ведь если это будет чужой человек…
Фрёкен Тесман. Ох, с бедными больными долго ли сблизиться?.. И надо же мне для кого-нибудь жить, надо. Ну, да вот даст бог… и тут в доме, пожалуй, найдется дело для старой тетки.