Горничная. Нет, барыня. Но к вам дама…
Фру Боркман(откладывая вязанье). А, фру Вильтон…
Горничная(подходя ближе). Нет. Это чужая дама…
Фру Боркман(протягивая руку за карточкой). Дайте сюда. (Читает, быстро встает и пристально смотрит на горничную.) Вы наверное знаете, что это ко мне?
Горничная. Да, я так поняла, что к барыне.
Фру Боркман. Она сказала, что желает видеть фру Боркман?
Горничная. Да, именно так.
Фру Боркман(отрывисто, решительно). Хорошо. Скажите, что я дома.
Горничная открывает двери в переднюю, впускает Эллу Рентхейм и удаляется. Элла Рентхейм похожа на сестру, но лицо ее, хранящее следы былой характерной красоты, отличается скорее страдальческим, чем суровым выражением. Густые, совершенно седые, вьющиеся от природы волосы зачесаны кверху, открывая лоб. Она в черном бархатном платье, в таком же пальто, подбитом мехом, и в шляпе. Обе сестры стоят с минуту молча, испытующе глядя друг на друга; каждая, очевидно, ждет, чтобы начала говорить другая.
Элла Рентхейм(оставаясь у дверей). Ты, видно, очень удивлена, Гунхильд.