Элла Рентхейм. О, не думай, что я говорю о том, в чем ты мог провиниться перед законом и правом! Что мне за дело до того, как ты распорядился всеми этими акциями и облигациями или что там было еще! Если бы только мне было позволено стать рядом с тобой, когда все обрушилось на твою голову…
Боркман(напряженно). Что тогда, Элла?
Элла Рентхейм. Верь мне, я с радостью разделила бы с тобою все. И стыд, и разорение, все, все! Помогла бы тебе перенести все!
Боркман. И ты бы захотела? Смогла бы?
Элла Рентхейм. И захотела бы, и смогла! Тогда ведь я еще не знала о твоем огромном, ужасном преступлении…
Боркман. О каком? Что ты имеешь в виду?
Элла Рентхейм. Я имею в виду преступление, за которое нет прощения.
Боркман(вперив в нее взгляд). Ты себя не помнишь, Элла.
Элла Рентхейм(подступая к нему). Ты убийца! Ты совершил великий, смертный грех!
Боркман(отступая к пианино). Да ты в уме, Элла?