(помолчав)
«В обход!» — говорил мне кривой. И, ей-ей,
Все верно. Моя обвалилась постройка.
Меж мною и той, что казалась моей,
Отныне стена. Нет причин для восторга!
В обход! У тебя не осталось пути,
Которым ты мог бы к ней прямо пройти.
К ней прямо? Еще и нашлась бы дорога.
Мы все о раскаянье слышали много.
Но что? Потерял я Святое писанье.
Забыл, как трактуется там покаянье.
Откуда же взять мне в лесу назиданье?
Раскаянье? Годы пройдут до поры,
Покуда спасешься. Жизнь станет постылой.
Разбить на куски мир, безмерно мне милый,
И складывать вновь из осколков миры?
Едва ли ты треснувший колокол склеишь,
И то, что цветет, растоптать ты не смеешь!
Конечно, чертовка всего лишь виденье,
Она безвозвратно исчезла из глаз,
Однако, минуя обычное зренье,
Мне в душу нечистая мысль забралась.
А Ингрид? А тройка неведомых дев
С утеса? Их тоже с собой должен взять я?
И все они скажут, впадая во гнев,
Чтоб их, вместе с ней, заключал я в объятья?
В обход! Если б даже и были длинны
Ручищи твои, точно ветви сосны,
И то бы ты к ней прикасался, боясь,
Что и на нее перейдет твоя грязь.
Навеки кончай с этим, стало быть, брат,
И шагу не вздумай ты сделать назад,
Отбрось, отсеки и забудь навсегда.
(Делает несколько шагов к дому и опять останавливается.)
Пристало ли в скверне войти мне сюда,
Нести на себе груз бесовского братства
И, это скрывая, сполна открываться?
(Отбрасывает топор.)
Такому, как нынче, мне, праведный боже,
Являться к ней в праздничный вечер негоже.
Сольвейг
(появляясь в дверях)
Идешь ты?
Пер Гюнт