Пастор Мандерс(понижая голос). Но о таких вещах не говорят, фру Алвинг. Совершенно ни к чему давать знать всем и каждому, что ты читаешь и о чем ты думаешь у себя в четырех стенах.
Фру Алвинг. Разумеется. Я того же мнения.
Пастор Мандерс. Подумайте, ведь вы теперь обязаны принимать в соображение приют, который вы решили устроить еще тогда, когда держались совершенно других мнений о делах духовных, насколько я могу судить, конечно.
Фру Алвинг. Да, да, вполне с вами согласна. Но мы о приюте и…
Пастор Мандерс. Да, мы о приюте и собирались потолковать. Итак, будьте осторожнее, дорогая фру Алвинг! И перейдем теперь к нашим делам. (Открывает папку и вынимает оттуда бумаги.) Вот видите?..
Фру Алвинг. Документы?..
Пастор Мандерс. Все. И в полном порядке. Поверьте, это было достаточно трудно — выправить их в срок. Пришлось брать прямо натиском. Власти до болезненности щепетильны, когда дело идет об утверждении таких решений. Но вот теперь тут все. (Перелистывает бумаги.) Вот скрепленный акт о пожертвовании вами усадьбы Сульвик, принадлежащей имению Русенволл, со всеми вновь возведенными строениями, школьным помещением, домом для учительского персонала и часовней. А вот акт об учреждении фонда и утвержденный устав нового приюта. Видите? (Читает.) «Устав детского приюта в память капитана Алвинга».
Фру Алвинг(долго смотрит на бумагу). Так вот наконец!
Пастор Мандерс. Я выбрал звание капитана, а не камергера. Капитан как-то скромнее.
Фру Алвинг. Да, да, как вам кажется лучше.