Ялмар. Старик Верле? Ему-то какое дело?
Гина. Да ведь у них опять что-нибудь вышло, если молодой ушел из дому. Ты же знаешь, как они друг к дружке-то…
Ялмар. Все это, конечно, очень может быть, но…
Гина. А теперь, пожалуй, коммерсант подумает, что это все твои штуки…
Ялмар. Ну и пусть его! Верле очень много сделал для меня. Помилуйте! Я это признаю. Но не могу же я из-за этого быть в вечной зависимости от него.
Гина. Но, милый Экдал, как бы это не отозвалось на дедушке. Вот возьмут да и отнимут у него этот маленький заработок в конторе.
Ялмар. А!.. Я чуть было не сказал — и пусть! Разве не унизительно для такого человека, как я, что его седовласый старик отец ходит каким-то побирушкой? Но теперь, я думаю, уж близок час!.. (Берет еще бутерброд.) Раз на меня возложена такая задача в жизни, я ее и выполню.
Хедвиг. Да, да, папа! Непременно!
Гина. Тсс! Не разбуди его!
Ялмар(тише). Я ее и выполню, говорю я. Настанет день, когда… И потому хорошо, что мы сдали комнату. Я буду несколько менее стеснен материально. А это очень важно для человека, у которого есть особая задача в жизни. (Останавливаясь у кресла, растроганно.) Бедный, старый, убеленный сединами отец! Положись на своего Ялмара! У него широкие плечи… сильные, во всяком случае. В один прекрасный день ты проснешься и… (Тине.) Ты, пожалуй, не веришь?