Маша покраснела, все смотрели на нее и ждали, что она скажет. Но она сказала лишь несколько слов:
— Спасибо за доверие, товарищи. Постараюсь оправдать его.
— Шапкин! Читай стихи! — закричали девушки, хлопая в ладоши, когда собрание закончилось и Машу утвердили бригадиром.
Чернобровый парень с румянцем во всю щеку, пасечник и поэт, не заставил себя долго просить. Он заложил руки за спину, уставился на сучок в потолке, покраснел еще гуще, потом побелел и наконец заговорил тихим, скорбным голосом:
Двое однажды шли осенью, в дождь.
Ночь. Холодно… Мокро… Дрожь.
Слабый озябшие руки потер.
— Давай-ка. — сказал он, — зажжем костер.
Станет тепло и приятно нам.
И запоем мы назло ветрам.