— На покойника теперь валить нечего: сами виноватые, — сказал старик. — Нам хоть кого дай, все равно толку не будет.
— Почему же не будет толку? — спросил Дегтярев. — Народ такой же, что и у нас, в Спас-Подмошье…
— Интересу нету! — закричала женщина. — Что работаешь, что нет, один ответ: на трудодень ни рожна!
— Человека у нас нету такого, чтобы все к рукам прибрал, — заговорил старик; тут Дегтярев вспомнил, что старика зовут Прохором. — Без партии мы живем… Вот что! Партии коммунистической у нас нету в Шемякине. Вот в чем дело-то!
— С чего начинать думаешь, товарищ Неутолимов? — спросил Николай Андреевич.
— Прямо и ума не приложу, за что сперва ухватиться, — тихо промолвил Неутолимов.
— Таланту у нас нету, Николай Андреевич, — горячо сказал старик. — С вашей деревни вон сколько вышло учителей, студентов разных, а у нас, скажи, ни одного!
— Интересу нету! — кричала женщина, перебивая всех. — Ребятишки вон без ученья болтаются!
Дегтярев обошел с Неутолимовым все хозяйство колхоза и, прощаясь, сказал:
— Приезжай ко мне, поговорим. План свой захвати, обдумаем вместе.