Прежде чем Никита Псов, побежавший домой за топором, успел вернуться назад, воздушный шар быстро пошел на снижение. Через пять минут толпа уже различала большую камышовую корзинку и надпись, шедшую наискось шара:
«Красный Калошник-Галошник».
Насчет явно русской надписи сомнений ни у кого не возникло. Мосье Подлинник, успевший занять наиудобнейшее место на могиле неизвестного частника, сразу же заявил, что надпись поддельная и сделана она коварными клятвийцами для того, чтобы ввести колоколамцев в заблуждение и тем легче их завоевать.
Отмежуев скомандовал, и новый залп поколебал морозный воздух.
Тут зрители заметили испуганные лица воздухоплавателей, которые свешивались за борт корзины.
— Сдавайся! — завопил подоспевший гражданин Псов, потрясая топором.
Воздухоплаватели размахивали руками и что-то кричали, но их слова таяли, не долетая до земли. Пылкий Отмежуев открыл беспорядочную стрельбу, после чего в толпу полетели мешки с балластом.
Шар на минутку взмыл, но, продырявленный колоколамскими пулями, снова пошел ко дну. Теперь расстроенные лица аэронавтов были видны настолько ясно, что толпа стала торжествовать победу.
— Сдаемся! — закричал пожилой воздухоплаватель в роговых очках. — Сдаемся, дураки вы этакие!
Аэростат снизился до высоты двухэтажного дома.