— Вам просто стыдно признаться. И вообще вы наделали массу глупостей.
— Возможно, — заметил Остап. — Я не ангел. У меня есть недочеты. Однако я с вами заболтался. Меня ждут мулаты. Прикажете получить деньги?
— Да, деньги! — сказал Корейко. — С деньгами заминка. Папка хорошая, слов нет, купить можно, но, подсчитывая мои доходы, вы совершенно упустили из виду расходы и прямые убытки. Миллион — это несуразная цифра.
— До свиданья, — холодно молвил Остап, — и, пожалуйста, побудьте дома полчаса. За вами приедут в чудной решетчатой карете.
— Так дела не делают, — сказал Корейко с купеческой улыбкой.
— Может быть, — вздохнул Остап, — но я, знаете, не финансист. Я — свободный художник и холодный философ.
— За что же вы хотите получить деньги? Я их заработал, а вы…
— Я не только трудился. Я даже пострадал. После разговоров с Берлагой, Скумбриевичем и Полыхаевым я потерял веру в человечество. Разве это не стоит миллиона рублей, вера в человечество?
— Стоит, стоит, — успокоил Александр Иванович.
— Значит, пойдем в закрома? — спросил Остап. — Кстати, где вы держите свою наличность? Надо полагать, не в сберкассе?