— Вот именно.
И доктор рассказал, что хозяйка щенка, девочка моих лет, вздумала наряжать его в кукольные платья и держать в колясочке на спинке. Щенок к этому привык, но глаза его не привыкли. Смотря всё время вверх, он испортил себе зрение и стал косить. Спохватились, но уже поздно. Возможно, что-либо подобное произошло и с черепахой.
— Ах, нет, доктор, — запротестовала я. — Я, наоборот, никогда не позволяю держать Тихоню на спине. Да у неё вовсе не глаза болят, а лапка. Вот эта, задняя левая.
— Сейчас посмотрим. Кладите черепаху на стол, — распорядился доктор.
Бедная Тихоня, попав на холодный, скользкий цинк, попыталась было уползти обратно в чемоданчик, но доктор крепко ухватил её за панцирь:
— Стоп, стоп! Куда? Те-те-те!
Он переменил очки и стал внимательно разглядывать лапку, сравнивая её с другими.
— Тут что-то неладно, — сказал он.
Затем, взяв увеличительное стекло, он поднёс Тихоню к самому окну.
