Но, как известно, человеческое счастье недолговечно. Один раз, когда брахмана и его жены не было дома, дети захотели полакомиться жареным рисом. Взяли они горшок, заспорили, кому трясти первым, и подрались между собой. Горшок упал и разбился вдребезги.
Не описать, как горевал брахман, обнаружив по возвращении домой черепки вместо горшка. Детям, конечно, попало, но что проку? Волшебного горшка этим не вернешь.
И брахман решил снова идти в лес и еще раз попытать счастья. Шива и Дурга выслушали его и согласились помочь в последний раз.
- Вот тебе еще один горшок, - сказала ему Дурга. - Только смотри, если опять потеряешь или разобьешь его, больше ничего не получишь!
Поклонился брахман богине, взял горшок и поспешил домой. На этот раз он нигде не останавливался, а дома, спрятавшись от детей, перевернул волшебный горшок вверх дном и начал его трясти. И из него вдруг посыпался не рис, а шондеш. Да еще какой! Ни один самый искусный повар не мог бы похвастаться такими чудесными сладостями. Это была пища богов!
Брахман открыл новую лавку. Отовсюду шли к нему покупатели. Ни один праздник, ни одна свадьба или похороны не обходились без его шондеша. Богатству брахмана позавидовал местный заминдар. Дознался он, что знаменитый шондеш сыплется из волшебного горшка, и решил завладеть им. Скоро и случай к тому представился: готовилась свадьба сына заминдара, для которой требовалось много сладостей. Заминдар попросил брахмана принести горшок к нему домой, чтобы готовить шондеш прямо на месте. Брахман принес волшебный горшок, наготовил заминдару горы шондеша, а тот вместо платы и благодарности отнял у него горшок, а самого выгнал в шею.
Решил тогда брахман наказать злодея-заминдара. Пошел он домой, достал спрятанный в чулане горшок, пошел к заминдару и выпустил у его дома демонов. Дай им волю, они камня на камне не оставили бы от дома заминдара и истребили бы все живое вокруг. Кинулся заминдар в ноги брахману и стал умолять о пощаде. Тот по доброте своей сжалился над заминдаром и водворил демонов на место.
С тех пор ни заминдар, ни кто-либо другой никогда больше не обижали брахмана. И он прожил много лет в счастье и довольстве.