Генри поднял голову.
— Высоко. Тысячи полторы метров.
VI
Наконец, туфли были сняты, и женщина снова опустила ногу, нащупывая перекладину.
— Ева, —позвал мужчина.
— Ну?
— Я боюсь за тебя. Право лучше я поднимусь.
— Чего ты боишься?
— У тебя может закружиться голова.
— Скорей у тебя закружится.