Новгородцев проснулся от холода. Товарищи спали. Новгородцев посмотрел на звезды над вершинами деревьев и на свернувшуюся в комочек Елену, встал и осторожно подбросил сухого дерева на подернутые пеплом угли. Костер задымил и через минуту ярко вспыхнул. Стало тепло. Новгородцев больше не хотел спать. Он сидел перед костром и смотрел в огонь. Редкий человек бывает равнодушен к причудливой игре пламени.
Пуская острые струйки дыма, корчилась и свивалась береста.
Делались прозрачными и распадались тонкие еловые веточки. Языки пламени трепетали, каждый по-своему, удивительные в неповторимости и в разнообразии форм и оттенков. Новгородцев смотрел, не отрываясь. Казалось, что огонь занимает его всецело.
Вдруг что-то странное послышалось молодому человеку. Точно где-то очень далеко, невнятно и разноголосо, заговорили люди. Новгородцев тревожно вытянул шею и прислушался. Нет сомнения!
Опять донеслись голоса, громкие, звучные… Только слов нельзя было разобрать. И в третий раз заговорила далекая толпа. Было ясно слышно чье-то серебряное горло.
Внезапно зашевелилась и села Елена, не открывая глаз. Она быстро-быстро заговорила, не просыпаясь:
- Обязательно, обязательно, обязательно… Скорей! Да слушайте же, скорей, вперед!
- Спите, спите, Елена Константиновна, спите, еще ночь! - шепотом сказал девушке Новгородцев, - шшш… нужно спать…
Елена послушно легла, глубоко вздохнула и успокоилась. А Новгородцев опять прислушивался: не раздадутся ли вновь поразившие его звуки? Молодой человек вырос в большом городе и не знал, что так у нас веснами кричит перед светом перелетная станица отдыхающих журавлей, предупреждая о готовящемся рождении первых лучей утренней зари. Уже не верил слуху Новгородцев, думал, что трижды его обманул уральский лес. Но вот в четвертый раз пришли к нему те же звуки, и он поверил, но понял - это не люди.
Четыре призыва вольной природы, и свободного леса… Так что же ответить? Как быть? Как жить дальше?