До фанзы зверолова четыре часа.
Пургу выпустили камни. Закрутили ее в свистящих лапах. Белыми кофтами завертела пурга. Вгрызлась в ноги, слопала-сожрала тропу. Гоготом-хохотом прыгнула под небо.
— Скорее!..
Ту-юн-шану говорить нельзя — весь рот забило снегом. Захолодел рот, захолодело сердце.
Протянул Пинь-янь пояс, черная коротенькая ленточка перед глазом. Снег липнет на ленточку. Ноги липнут к снегу. Ноги, как душа — холодные.
Сказал Ту-юн-шан:
— Я не умею так ходить…
— Иди… иди… Скорее!
Кофта укрыта овчиной, а не снегом. Кожа на теле, как сосновая кора — за это разве любит жена. Устал Ту-юн-шан.
На третьем часу у фанзы зверолова, поскользнулся Пинь-янь и с глыбой снега скатился в пропасть.