Ломоносов. Да, сплав стекла, золота…
Нарышкина. И крови?
Ломоносов. Народ говорит: «кровью и потом, иначе и не работам».
Нарышкина (возвращая «золотой рубин»). Но этот камень для государыни. А мне, Михайло Васильевич, вы ведь выплавите другой? Совсем, совсем темно-алый, как этот закат?.. Но, быть может, у вас для нового сплава нет золота? Ваше золото — стихи. А стихи не всегда удается переплавить в золотую монету. (Снимает было золотой браслет.)
Ломоносов (отстраняя браслет). Стихотворство моя утеха. Физика, химия — мои упражнения. Сими упражнениями авось и сам, Катерина Ивановна, добуду золото для новых сплавов.
Они останавливаются возле купидона.
Нарышкина. Что сей купидон значит?
Ломоносов. Нерадение царских слуг! Купидона, бога любви, забыли на зиму в сарай убрать.
Нарышкина. А что есть истинная любовь, Михайло Васильевич?
Ломоносов. Сказать правду?