Ломоносов. Кто это говорит?
Елизавета Андреевна. Я…
Ломоносов. А еще недавно, кажись, ты другое говорила?
Елизавета Андреевна. Но ведь и гроза по-иному шла! И… я тебя не отговариваю, Михаил. Я говорю только — будь осторожен.
Ломоносов. Осторожность — мать добродетели. А добродетелей у меня столько, что малая толика неосторожности мне вредна не будет. О-о! Электричество-то слабо идет в машину. Григорий, дай-ка клещи.
Елизавета Андреевна. Прибавить металлических прутов хочешь? Не опасно ли?
Ломоносов (жене). Для чего я и брат мой громовый Рихман делаем опыт сей? Что есть молния? По утверждению мракобесов — это «флогистон», непостижимая сила, которую Илья пророк спускает из туч для нашего устрашения. Ан, нас не напугаешь! Мы не верим этому! Мы утверждаем, что никакого флогистона нет и что молния и гром суть электрический разряд, происходящий от столкновения двух туч, заряженных двумя разными родами электрической силы. Понятно тебе, Лизавета?
Елизавета Андреевна. Михаил, ты мне об этом много раз говорил!
Ломоносов. Много, да, видно, не убедительно. Что будет показывать моя громовая машина? Сближение туч. Чем будут сильнее тучи сближаться, тем ярче будут искры в моей машине. А когда совсем сблизятся, тогда…
Елизавета Андреевна. Тогда, Михаил?..