Пение монахов ближе. Звенят разбиваемые стекла лаборатории.
Ломоносов. Да что там звенит? Какие стекла?
Поповский. Уктусский, видно, ногами о склянницы малые задевает!
Ломоносов. Это он со страху перед грозой. Не робей, Гриша!
Уктусский. А я не робею, Михайло Васильевич!
Елизавета Андреевна. Ах, боже! За что терпим?!
Ломоносов. За то терпим, чтоб научились наукам россияне, чтоб поняли свое превосходство!..
В громовой машине — сильный треск, искры.
Что в небе?
Уктусский. Тучи сошлись плотно!