Так, около получаса они стояли друг против друга, эти два человека, один с красной лентой на шапке, другой с черной, стояли молча, надувшись от важности. Наконец, человек с черной лентой сказал:
— Снимай револьвер!
— Лишнее кровопролитие, — ответил Ламычев, делая два шага назад и кладя руку на кобуру.
— Куда едешь?
— Поворачиваю на Гуляй-поле.
— Так вот нам и велено тебя разоружить.
— А чем разоружишь? Пулеметов у тебя нету. Солдаты твои лежат с лопатками.
— Зайдем на станцию.
— Зайду. — И Ламычев, обернувшись к вагонам, скомандовал: — Ухожу на станцию. Смирно. При малейшем промедлении давать полный бой…
На станции человек с черной лентой пробормотал что-то невнятное коменданту, и тот вынес две чарки водки. Выпили. Ламычев закусил огурцом и сказал еще более важно: