— Ну и голова у Александра Яковлевича! — сказал с восхищением Колоколов. — Такому бы человеку да в университет.
— Для того и революцию сделали. Он, что же, опираясь на Суворова, говорил?
— Кто?
— Да ваш этот полковник с русско-японской войны.
— На Суворова, на Кутузова…
— Пугачева и Разина он, конечно, по своему положению прибавить не мог, — сказал Фома Бондарь. — А кабы прибавил, тут и ночь бы нам не заснуть. А вы вот, Дмитрий Иваныч, можете прибавить. Вы — революционерный офицер.
Колоколов обратил к Фоме Бондарю свое сиявшее благодарностью лицо. Бондарь продолжал:
— И прибавляйте. Теперь вы после каждого обеда и будете нам читать по лекции. Уговорились?
— Мне кое-какую литературу бы достать.
— Это я достану, Дмитрий Иваныч. За многое не обещаю, но томов десять — двадцать достану.