Ведь Кант называл Вселенную не иначе, как «пространство божеского пребывания»; Кант видел в мироздании доказательство бесконечной премудрости творца. И эти ученые нашли способ, как с помощью Канта обезвредить антирелигиозный характер гипотезы Лапласа. Воспользовавшись внешним сходством гипотез, их слили в одну.
От Канта взяли отнюдь не то, что составляет ее главную ценность — не идею развития мира в результате борьбы сил тяготения и сил отталкивания, не кантовское объяснение роли морских приливов, а только его упоминания о боге, как о творце первобытного хаоса. От Лапласа взяли все остальное.
Гипотеза Канта — Лапласа приобрела библейское начало: вначале был бог, он создал туманность, нагрел ее, привел во вращательное движение и дал материи свойство организовываться и упорядочиваться. Туманность стала сжиматься, расслаиваться и т. д.
В таком обезвреженном виде ее допустили в школьные программы, в учебники, в популярные книжки.
Но передовые ученые никогда не соглашались с насильственным слиянием этих гипотез. Например, один из наиболее любимых русским студенчеством профессоров, Сергей Павлович Глазенап, в своих лекциях по астрономии, — поскольку это было возможно в дореволюционной России,[4] — неизменно указывал на различие гипотез Канта и Лапласа.
Факты атакуют гипотезу
Еще при жизни Лапласа, в 1797 году астроном В. Гершель сообщил, что два спутника Урана, наперекор общему порядку, вращаются в обратную сторону.
Затем было замечено, что и сам Уран вращается не так, как все планеты. Его ось наклонена столь сильно, что Уран вертится, как бы «лежа на боку».
Лаплас знал об этих открытиях, но не дал им объяснения — он считал, что отдельные отклонения от общего порядка могут быть вызваны какими-либо случайными причинами.
Но таких «случайных» отклонений оказывалось слишком много.